Сможет ли лесовосстановление в Томской области полностью компенсировать вырубки и гибель леса к 2024 году?

 

Администрация Томской области сообщила, что «региональный проект «Сохранение лесов на территории Томской области», который стартует в 2019 году в рамках президентского национального проекта «Экология», предполагает увеличение к 2024 году площади лесовосстановления на территории Томской области на 42,5 тысячи гектаров», и что «к 2024 году лесовосстановление в Томской области будет полностью компенсировать вырубки и гибель леса» (ссылка).

Может ли на самом деле увеличение площади лесовосстановления в Томской области на 42,5 тысячи гектаров (или на любую другую величину) на самом деле компенсировать вырубки и гибель лесов в этом регионе? К сожалению, в рамках действующего российского лесного законодательства и при существующей системе государственного управления лесами ответ на этот вопрос может быть только один — отрицательный. При существующей в нашей стране системе обращения с лесами, и Томская область не является исключением, никакое увеличение площадей лесовосстановления не сможет компенсировать послествия рубок и пожаров.

Во-первых, «лесовосстановление» — это, в рамках нашего лесного законодательства, очень широкое понятие. В него входит не только посадка или посев леса (искусственное лесовосстановление) или создание специальных условий, чтобы ценный лес на вырубленных площадях появился сам собой (содействие естественному возобновлению), но и простое оставление вырубленных или сгоревших площадей на произвол судьбы. В действующих сейчас Правилах лесовосстановления, утвержденных приказом Минприроды Росии от 29 июня 2016 года № 375, это называется «естественное восстановление лесов вследствие природных процессов» — оно допускается во всей таежной зоне, и не только в ней. Таким образом, чтобы увеличить площади лесовосстановления на 42,5 тысячи гектаров (или на любую другую величину) — не нужно ничего сажать или сеять, достаточно просто срубить или сжечь дополнительно 42,5 тысячи гектаров (или столько, на сколько нужно увеличить площади лесовосстановления), и правильно оформить все последующие бумажки.

Во-вторых, «лесовосстановление» в понимании нашего лесного законодательства — это лишь самый начальный этап воспроизводства лесов. Результаты же воспроизводства (появление или не появление хозяйственно ценных молодняков оптимального состава и густоты) зависят в первую очередь не от этого начального этапа, а от последующего ухода — обычно период ухода за молодняками занимает 15-20 лет. Если такого ухода нет, или если он проводится некачественно, из высаженных сеянцев почти ничего не вырастает — их забивают быстрорастущие лиственные деревья (главным образом береза и осина) и кустарники, которые выросли бы на любой вырубке и без какого бы то ни было «лесовосстановления». Ухода же за молодыми лесами, особенно в таежной зоне, в нашей стране чаще всего нет, или он проводится некачественно и не дает результатов. Поэтому практически повсеместно, где ведется интенсивное лесопользование, хвойные таежные леса, особенно темнохвойные (еловые, пихтовые и кедровые), после рубок и сопутствующих им пожаров массово сменяются березняками и осинниками. Решить эту проблему увеличением площадей лесовосстановления (в понимании российского лесного законодательства) невозможно — необходимо радикально увеличивать площади и качество уходов за молодняками.

Отдельный вопрос — как отразится на воспроизводстве лесов Томской области «строительство лесного селекционно-семеноводческого центра мощностью до 12 млн штук саженцев в год», о котором говорится в том же сообщении («селекционно-семеноводческими центрами» в российском лесном хозяйстве называют тепличные комплексы для выращивания сеянцев лесных деревьев с закрытой корневой системой — в специальных пластиковых ячейках). Ответ очень прост: если сохранятся нынешние технологии искусственного лесовосстановления, нынешнее качество работ и нынешний уровень ухода за молодняками — то основным результатом строительства такого центра станет то, что гибнуть в результате плохого ухода будут более дорогие сеянцы. А если будут применяться более современные технологии подготовки почвы и посадки, позволяющие наилучшим образом использовать достоинства посадочного материала с закрытой кроневой системой, и если будет обеспечиваться качественный повсеместный уход — тогда ситуация начнет постепенно улучшаться. Но это в основном выходит за рамки «лесовосстановления» в понимании действующего лесного законодательства и, соответственно, за рамки нацпроекта «Экология».

И еще одно важное пояснение. Без малого пять лет назад федеральным законом от 12 марта 2014 года № 27-ФЗ в Лесной кодекс РФ была введена статья 61.1, предусматривающая создание системы государственного мониторинга воспроизводства лесов. Но отслеживает эта система не итоговые результаты воспроизводства лесов (появление ценных молодых лесов оптимального состава и густоты к завершению периода ухода за молодняками), а лишь промежуточные, на момент совершения административного ритуала перевода в покрытую лесом площадь. Название этого ритуала время от времени меняется (с 1 января 2019 года он будет называться «отнесение земель, предназначенных для лесовосстановления, к землям, на которых расположены леса») — но приходится он по-прежнему примерно на середину периода уходов за молодняками, и в реальности практически ничего не означает. Так что в нышенем виде система государственного мониторинга воспроизводства лесов практически ничего не дает, и представляет собой лишь очередной способ почти бесполезного расходования бюджетных денег и сил специалистов.

Примечание. Все вышенаписанное относится не только к Томской области, но и к любому другому региону таежной зоны нашей страны, и к большинству регионов за пределами таежной зоны.

 

http://www.forestforum.ru/