RussiaEnglish

Лес проблем. Как в Воронеже восстанавливают и берегут зелёное хозяйство

 

Как известно, 2018 год объявлен Годом волонтёра, и работники лесного хозяйства особенно уповают на помощь добровольцев, которые помогут расчистить от мусора и сухостоя пригородные леса и высадить новые деревья. Ими в этом году планируют засадить 2700 гектаров.

И 20 лет не хватит

После пожаров 2010 года, когда выгорело почти 16 тысяч гектаров лесов, охрана и восстановление зелёного хозяйства вышли на первый план. Если до этого в области в среднем высаживали саженцы на 700-900 га, то теперь эта цифра доходит до 3 тысяч гектаров.

«Хотя до сих пор все посадочные работы выполняются вручную, уже восстановлено почти 13 тыс. га сгоревшего леса, — пояснил Александр Величко. — И всё-таки эта цифра «плавает», поскольку есть неприживаемость — она связана и с местными климатическими условиями, и с тем, что леса приходится восстанавливать на «бедных почвах». В любом случае, о полном восстановлении утраченного леса, пусть даже через 10-20 лет, я не берусь говорить».

Большой враг леса — пожары. Только в прошлом году в Воронежской области сгорело 155 га леса, причём 120 га из них — это молодой трёхлетний лес в Давыдовском лесничестве. При жаркой погоде сильный ветер с лёгкостью может раздуть незатушенный окурок или костёр — при таких условиях несколько гектаров сгорает за час. Но ясно одно: события 2010 года вряд ли повторятся. В пожароопасный сезон в лесах и близлежащих населённых пунктах круглосуточно работают видеокамеры, которые реагируют даже на небольшое возгорание.

«Оснащённость лесопожарного центра и управления лесного хозяйства за последние семь лет существенно возросла, — продолжает Величко. — Кроме того, увеличилась взаимосвязь лесничих, МЧС, полиции и прокуратуры. В 2017 году на приобретение лесохозяйственной техники в основном из областной казны нам выделили 57,4 млн рублей. Ещё 48 млн руб. удалось заработать нашему лесопожарному центру большей частью за счёт заготовки древесины. Мы использовали эти деньги на покупку техники, запчастей, зарплату сезонным работникам, оплату ГСМ, что также позволило более оперативно решать вопросы охраны леса».

Где границы?

В последние три года на санитарные рубки было выделено 27 млн руб., от валежника и сухостоя расчищено 13 тыс. га, в том числе в них попали «видовые места» в черте Воронежа — трасса М4 «Дон», район больницы «Электроника», дорога на Репное, участок в Нагорной дубраве. Благодаря этому был снижен риск пожаров, улучшено санитарное состояние леса, созданы условия для рекреации.

Большой вклад в восстановление леса вносят волонтёры. Александр Величко рассказал, что добровольцы участвуют не только в акциях по высадке деревьев, но и в многочисленных уборках и субботниках. Например, в Год экологии воронежские лесники очистили от мусора 569 га, а волонтёры — 512 га леса. В ныне объявленный Год волонтёра лесники тоже будут рады помощи добровольцев.

А ещё существенное значение в охране и рекреационной привлекательности пригородного леса будет иметь утверждение границ «зелёного пояса», на территории которого запретят капитальное строительство домов, сплошные вырубки, разработку месторождений полезных ископаемых. Глава управления лесного хозяйства сообщил, что скоро работу по установлению границ «зелёного пояса» возобновят — в последний раз общественники хотели внести в него 4,6 тыс. га пригородного леса.

Задача — вытащить хвост

Владимир Царалунга, профессор ВГЛТУ, доктор сельскохозяйственных наук:

«Во времена Петра I территория современной Воронежской области на 22% была покрыта лесами. В 80-х годах ХХ века этот показатель составлял уже 11,3, а сейчас — только 8,9%.

Между тем, по расчётам профессора Виктора Валентиновича Успенского, минимальный экологически безопасный уровень лесистости, который позволит поддерживать плодородие наших почв, чистоту вод и воздуха, составляет 22-24%. Получается, что наш регион экологически дотационный, поскольку наши зелёные насаждения способны аккумулировать лишь 15-20% оксидов, производимых промышленностью и транспортом. В итоге Воронежская область приносит биосфере больше вреда, чем пользы.

После лесных пожаров 2010 года областное управление лесного хозяйства в разы усилило работу по противопожарными мероприятиям, по лесовосстановлению, по созданию питомников, семенной базы и так далее. Это плюсы, но в целом оно вынуждено работать в тех условиях, которые диктует несовершенный во многих отношениях Лесной кодекс.

Сейчас идёт массовое усыхание дуба, берёзы, ясеня. В рамках областного бюджета решить эту проблему невозможно. Беда в том, что стратегические проблемы лесного хозяйства сейчас не пытаются решать ни учёные, ни производственники. Учёные увлечены мелкими темами, которые дают быструю отдачу, а производственники борются за выживание. Например, чтобы восстановить в регионе лесистость до необходимых объёмов, нужна масштабная федеральная программа с достаточным финансированием. Причём для восстановления оптимальной лесистости необходимо не только восстанавливать вырубленные и сгоревшие древостои, но и активно заниматься лесоразведением на нелесных землях.

Проблема ещё и в том, что мы искусственно сажаем одновозрастные и однопородные древостои. Лес так не растёт. Это плантация. А плантацию надо регулярно поливать, удобрять, охранять и так далее. Таким образом, поскольку перед лесоводами стоит задача в первую очередь «вытащить хвост из существующих проблем», лесное хозяйство пребывает в тяжёлом положении».

 

https://news.rambler.ru

RussiaEnglish